«Дом Кондратюка» — новая постоянная экспозиция Музея города Новосибирска, открытая в январе 2025 года в здании, где в конце 1920-начале 1930-х гг. работал Юрий Кондратюк. Это первая современное музейное пространство в России, целиком посвящённое его личности и идеям. Экспозиция размещена в мемориальном доме — краевой конторы «Хлебопродукт», где Кондратюк трудился инженером и одновременно в это же время неофициально создавал расчёты, легшие в основу межпланетной навигации.

Проект рассказывает о драматической судьбе учёного, который писал «в стол» и при жизни не увидел реализации своих идей. Его труд «Завоевание межпланетных пространств», изданный в Новосибирске в 1929 году, спустя десятилетия повлиял на формирование модели полёта на Луну в программы NASA, а сама траектория полета получила международное название "трасса Кондратюка". Сегодня один из экземпляров этого труда, побывавший на МКС, выставлен в музее как артефакт, совершивший путь, о котором мечтал сам автор.

Экспозиция развёрнута в четырёх залах. В центре — фигура самого Кондратюка: человек, опередивший эпоху, чья судьба оказалась тесно связана с городом:

1.  Зал «Новосибирск космический» показывает как ученые и предприятия города связаны с освоением космоса.
2. Зал «Судьба Кондратюка» — биографический и документальный.
3.  Зал «Хлеб» — о его наземных изобретениях, в том числе проекте гигантского деревянного зернохранилища.
4. Зал «Луна» — о воплощении его расчётов в мировой космонавтике. Выставка выстроена как путь: от земли — к Луне, от частного — к общечеловеческому.

Экспозиция «Дом Кондратюка» рассказывает не столько о космосе, сколько о человеке, который мечтал о нем и изобрел возможность отправиться в путешествие по нему. В центре музейного рассказа — Юрий Кондратюк (настоящие имя — Александр Шаргей), инженер, изобретатель, теоретик космонавтики. Он делал расчёты полёта к Луне, не имея высшего образования, в то время, когда ещё не было ни ракет, ни института космонавтики, ни самой идеи о возможности таких полётов в общественном сознании. Он работал в одиночку, без института и лаборатории. Получив признание своих работ от Циолковского и Королева.

Музейный маршрут организован как биографическая траектория, но с постоянно меняющейся перспективой. В первом зале — «Новосибирск космический» — зритель попадает в современность: узнаёт, что в городе работают десятки предприятий, связанных с космической отраслью. Здесь же — спускаемый аппарат «Восток», макеты спутников, фотографии инженеров. Это не ретроспектива, а точка входа: город здесь и сейчас участвует в космической истории.

Далее — «Судьба Кондратюка». Через документы, письма, рукописи, протоколы и фотографии рассказана история жизни под придуманным именем. Цветовая палитра — чёрно-белая. Пространство зала сужается, потолок становится ниже. На стенах — подлинные записи. В этом зале стоит тревожное молчание — об идеях, которые нельзя реализовать, о жизни, которую нельзя назвать своей.

Следующий зал — «Хлеб». Это зал о земле: реализованные проекты элеваторов и зернохранилищ, подвесного моста через реку Аба в Новокузнецке, ветроэлектростанций в Крыму. Это зал того, что было реализовано или спроектировано, но не как ученым, а как инженером, для реализации на земле. Дизайн зала - цилиндрические витрины — отсылка к зернохранилищам как ключевому его реализованному проекту и зданию, где находится экспозиция. Подсветка внутри имитирует движение зерна или топлива.

И, наконец, «Луна». Визуально — противоположность предыдущему. Потолок чёрный, как небо. Свет — точечный. Витрины — округлые, как капсулы или орбиты. В центре — репринт книги Кондратюка «Завоевание межпланетных пространств», изданной им в Новосибирске в 1929 году. Один из экземпляров побывал на МКС и теперь возвращён — уже как музейный артефакт. Основная идея зала — признание, которое пришло после жизни. Здесь мечта обретает форму, но только как отражение.

Главное экспозиционное сообщение — не в том, что Кондратюк был гениален. А в том, что даже в полном одиночестве можно сохранить верность своей идее.

Все архитектурные и дизайнерские решения в музее подчинены смыслу. Пространство оформлено как метафора космоса — не визуального, а философского. Три главных цветовых кода работают как самостоятельные образы:

• «Чёрное небо» — потолок окрашен в матовый чёрный цвет, со встроенными точечными светильниками, имитирующими звёзды. Это не «декор», а приём, создающий эффект растворения границ и тишины, в которой «рождаются идеи». Атмосфера напоминает архивные ночные кадры космических запусков.
• «Белая чистота науки» — стены криволинейной формы, выполненные из белого металла, контрастируют с черным потолком, создают образ фантастических технологий и одновременно являются фоном для экспонатов, карт и инсталляций технологий, созданных Кондратюком. Это метафора «ясности мысли» Кондратюка, который смог описать полёт к Луне в эпоху, когда даже ракеты казались фантастикой.
• «Синяя глубина» — в акцентах и световых зонах использован насыщенный синий цвет, отсылающий к преодолеваемой ракетой земной атмосфере и советской космической эстетике.

Особую роль играют округлые и плавные формы, повторяющиеся в витринах, капсулах, проекциях. Они отсылают одновременно к зерну (его хлебным проектам), к орбите (его космическим расчётам) а также к самой трассе Кондратюка — теоретической траектории полёта к Луне, разработанной им в 1920-е. Архитектура экспозиции как бы повторяет её контур: маршруты между залами изогнуты, залы текут один в другой, и зритель движется по собственной орбите. Пространство не имитирует космос — оно встроено в его идею.